РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Московский районный суд Санкт-Петербурга в составе

председательствующего судьи Лифановой О.Н.,

при секретаре Затолокиной И.И.,

с участием представителя истца адвоката Швырёвой Н.В., представителя ответчика Чернякова И.М., третьего лица индивидуального предпринимателя Щемелева В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Семёнова М.А. к Малафееву В.А. о признании договора купли-продажи недействительным,

установил:

Семёнов М.А. изначально обратился в суд с иском к Малафееву В.А. о расторжении договора купли-продажи квартиры № по адресу: <адрес> кадастровый №, заключенного между истцом и ответчиком ДД.ММ.ГГГГ; о признании расписки от ДД.ММ.ГГГГ о передаче денежных средств в счет стоимости указанной квартиры безденежной; о прекращении права собственности ответчика на вышеуказанную квартиру с признанием права собственности на неё за истцом, а также о применении последствий расторжения договора купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ в виде истребования её из чужого незаконного владения ответчика; а также о взыскании расходов на оплату государственной пошлины в размере 115 000 руб. /л.д.6-12 т.1/.

В обоснование иска указано, что спорная квартира, на момент продажи её ответчику в октябре 2021 года, находилась в залоге у кредитора истца, третьего лица по делу, и являлась предметом торгов в рамках исполнительного производства, о чем ответчик был уведомлен истцом, в связи с чем часть стоимости проданной ответчику квартиры была выплачена кредитору истца, взыскателю по исполнительному производству, а оставшаяся часть подлежала выплате ответчиком истцу, что исполнено не было, в связи с чем в сентябре 2024 года истец направил в адрес ответчика уведомление о расторжении договора купли-продажи квартиры, поскольку считает, что при его заключении были допущены существенные нарушения его условий, а именно: в день подписания договора ответчик находился за пределами Российской Федерации, как и сам истец никуда не выходил из своей квартиры для совершения сделки; денежные средства кредитору выплатил также после заключения договора; несмотря на наличие расписки о выплате истцу стоимости квартиры, ответчик данное обязательство не исполнил, что, по мнению истца, подтверждается длительный периодом, в течение которого ответчик не просил истца освободить квартиру, обратившись с иском о выселении лишь в июле 2023 года. Полагая своё право на получение полной стоимости за проданную ответчику квартиру нарушенным, Семенов М.А. обратился изначально с вышеприведенной редакцией иска в суд.

ДД.ММ.ГГГГ истец, воспользовавшись правом на изменение исковых требований в порядке ст.39 ГПК РФ, в лице своего представителя адвоката Швырёвой Н.В., предъявил иск в новой редакции, согласно которой просил суд:

признать недействительным договор купли-продажи квартиры № по адресу: <адрес>, кадастровый № от ДД.ММ.ГГГГ; признать недействительной запись о регистрации права собственности на ответчика № от ДД.ММ.ГГГГ; прекратить право собственности ответчика на указанную квартиру, возвратив её в собственность истца, а также взыскать расходы на оплату государственной пошлины в размере 60 000 руб. /л.д.92-103,119-124 т.1/.

В обоснование новой редакции иска указано, что на момент продажи спорная квартира находилась в залоге у кредитора истца, являлась предметом исполнительного производства, в связи с чем истец не мог без согласия кредитора распоряжаться данным имуществом. Поскольку торги по продаже квартиры были назначены на ДД.ММ.ГГГГ, истец через общих знакомых обратился к ответчику с просьбой помочь погасить долг перед кредитором и сохранить квартиру, на что ответчик предложил истцу совершить мнимую сделку путём заключения договора купли-продажи датой за день до торгов – ДД.ММ.ГГГГ, чтобы иметь возможность их оспорить. Таким образом, в новой редакции иска истец утверждает, что в ноябре 2021 года они с ответчиком совершили мнимую сделку, датой за один день до проведения торгов. Истец по просьбе ответчика поставил в договоре купли-продажи квартиры, датированном ДД.ММ.ГГГГ, свою подпись, а также составил расписку о получении денежных средств за продажу квартиры. Ответчик перечислил кредитору истца в счет погашения долга денежные средства, которые истец обязался ответчику возвратить в срок до ДД.ММ.ГГГГ и до указанной даты истец был вправе проживать в квартире. На случай, если истец не сможет вернуть денежные средства, ответчик обязался продать квартиру и остаток за исключением долга передать истцу для приобретения другого жилья. При этом стороны договора не подписали акт приёма-передачи квартиры, на сделку ответчик не являлся, до начала 2023 года стороны неоднократно обсуждали вопрос возврата денежных средств истцом ответчику, что подтверждается их перепиской в мессенджере, однако в июне 2023 года ответчик направил истцу требование о прекращении права пользования квартирой, в связи с чем именно с этого времени истцу стало известно о нарушении его прав. Таким образом, истец полагает, что совершенная между ним и ответчиком сделка является мнимой и ничтожной, поскольку её стороны проявили пассивность в её исполнении; не передали спорное имущество в установленном законом порядке; действия истца были направленны не на отчуждение имущества, а на его сокрытие от обращения на него взыскания; истец и ответчик имели иную цель при совершении сделки, что свидетельствует о совершении её со злоупотреблением правом и влечет недействительность в соответствии со ст. 168 ГК РФ.

В судебное заседание, надлежащим образом извещенный о времени и месте его проведения истец Семенов М.А., не явился, доверил представлять свои интересы адвокату Швырёвой Н.В., которая на удовлетворении иска в его последней редакции настаивала, просила удовлетворить.

Ответчик Малафеев.В.А., извещённый надлежащим образом о времени и месте его проведения, в судебное заседание также не явился, доверил представлять свои интересы представителю Чернякову И.М., который против удовлетворения иска возражал, по изложенным в отзывах возражениям, отметил, что предъявление данного иска является злоупотреблением правом со стороны истца с целью пересмотра уже состоявшегося решения суда по иску о выселении из спорной квартиры, в ходе которого судом уже был рассмотрен вопрос расчетов по договору купли-продажи квартиры, при этом истец при рассмотрении того дела неоднократно менял свою правовую позицию, оспаривая факт подписания договора и составления расписки, затем соглашаясь с их подписанием; поскольку оспариваемая сделка совершена в октябре 2021 года, а иск предъявлен в ноябре 2024 года, ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности, последствия которого просил применить; кроме того, представитель ответчика просил учесть, что хронология действий истца, описанная в измененной редакции иска, где он признаёт фиктивность совершенной им сделки, прямо указывает на злоупотребление правом со стороны истца; также просил учесть, что истец неоднократно обращался в регистрирующий орган для регистрации перехода права собственности на квартиру, а также снятия с неё обременений, при этом никаких попыток исполнить обязательства, на которые ссылается перед ответчиком, не предпринял, в период пользования квартирой на условиях аренды, обязательств по оплате арендных платежей не исполнял, от переговоров с ответчиком уклонился /л.д.74-76 т.1; л.д.1-5 т.2/.

Третье лицо по делу индивидуальный предприниматель Щемелев В.В. решение суда оставил на усмотрение суда, заявил о том, что совершенной сделкой были нарушены и его права, в связи с чем он намерен также обратиться с соответствующим иском в суд, поскольку после проведения торгов спорной квартиры, которая подлежала передаче ему в счёт погашения взысканной решением суда с истца задолженности, ему был представлен оспариваемый в данном деле договор купли-продажи, заключенный за день до проведения торгов, при этом юристы, к которым Щемелев В.В. обратился за правовой консультацией, убедили его в том, что оспорить данный договор невозможно, в связи с чем он был вынужден согласиться принять в счет погашения долга денежные средства от ответчика.

Третье лицо Управление Росреестра по Санкт-Петербургу, извещённое надлежащим образом, в судебное заседание своего представителя не направило, просило о рассмотрении без его участия, направило в адрес суд письменные возражения, согласно которым самостоятельных возражений по существу заявленных требований не имело /л.д.149-150 т.1/.

    Выслушав доводы представителя истца, возражения представителя ответчика, объяснения третьего лица, полагая возможным в соответствии с положениями ст.167 ГПК РФ рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных истца и ответчика, ни в одно из судебных заседаний неявившихся для дачи объяснений по обстоятельствам спора, исследовав материалы дела, изучив представленные доказательства, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого из них в отдельности, а также их взаимную связь и достаточность в совокупности, суд приходит к следующему.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что спорная квартира № <адрес> на основании договора передачи квартиры в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ была передана в общую совместную собственность Семёновой Л.В. и истцу Семёнову М.А., право собственности зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ /л.д.6-10, 39-40, т.2/.

На основании дополнительного свидетельства о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ право собственности на ? долю в праве собственности на указанную квартиру ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировано за истцом /л.д.11-13, 42-44 т.2/.

ДД.ММ.ГГГГ истцом был заключён договор займа № с ИП Семисошенко М.М., по условиям которого истцу был предоставлен займ в размере 3 000 000 руб. в предпринимательских целях под 2,5 % в месяц сроком на 12 месяцев, в обеспечение обязательств по которому истцом в залог заимодавцу была передана вышеуказанная квартира /л.д.73-77 т.2/.

Согласно договору ипотеки № от ДД.ММ.ГГГГ стоимость предмета залога стороны оценили в 6 000 000 руб. /л.д.47-51 т.2/.

ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ИП Семисошенко М.М. был заключен договор займа № на сумму в 3 250 000 руб. под 2,5 % в месяц сроком на 18 месяцев, в обеспечение исполнения обязательств по данному договору в залог была вновь передана спорная квартира /л.д.52-59 т.2/.

В соответствии с договором ипотеки № от ДД.ММ.ГГГГ стоимость предмета залога на основании отчёта ООО «Центр оценки и экспертиз» от ДД.ММ.ГГГГ составила 9 000 000 руб., в этот же день составлена закладная /л.д.60-72, 78-87 т.2/.

ДД.ММ.ГГГГ ИП Семисошенко М.М. продал вышеуказанную закладную на спорную квартиру, а также все права по ней третьему лицу по настоящему делу ИП Щемелеву В.В. на основании договора №-ДКПЗ за 3 250 000 руб., обременение в пользу Щемелева В.В. зарегистрировано в Управлении Росреестра по Санкт-Петербургу ДД.ММ.ГГГГ /л.д. 144-145 т.1; л.д.88-97, т.2/.

На основании решения Московского районного суда Санкт-Петербурга от ДД.ММ.ГГГГ по делу № частично измененного апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу № по иску ИП Щемелева В.В. к Семёнову М.А., обращено взыскание на предмет ипотеки - квартиру, расположенную по адресу: Санкт-Петербург, <адрес> путем реализации с публичных торгов с установлением начальной продажной цены заложенного имущества в размере 9 624 000 руб.

С Семёнова М.А. в пользу ИП Щемелева В.В. взысканы основной долг в размере 3 250 000 руб., проценты за пользование займом в размере 1 100 451 руб., неустойка за нарушение срока исполнения обязательств в размере 333 369 руб. 86 коп., штрафы в размере 300 000 руб., проценты за период с ДД.ММ.ГГГГ по день фактического исполнения обязательств заемщиком по договору займа в размере 2,5% в месяц от суммы займа (на дату принятия решения - 3 250 000 руб.), пени за период с ДД.ММ.ГГГГ по день фактического исполнения обязательств заемщиком в размере 9,75% годовых от суммы займа (на дату принятия решения - 3 250 000 руб.), расходы по оплате государственной пошлины в сумме 36 144 руб.

В удовлетворении встречного иска Семенова М.А. о признании недействительными п. 3.5 договора займа № от ДД.ММ.ГГГГ и раздела 4 закладной «Очередность погашения обязательств», с установлением последовательности исполнения обязательств, предусмотренной ч. 20 ст. 5 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» - отказано /л.д.217-242 т.1/.

ДД.ММ.ГГГГ на основании выданного ДД.ММ.ГГГГ судом исполнительного листа для принудительного исполнения вышеуказанного решения суда возбуждено исполнительное производство /л.д.243-249 т.1/.

ДД.ММ.ГГГГ составлен акт о наложении ареста /описи имущества/ в отношении спорной квартиры, предварительная оценка которой составила 9 624 000 руб., ДД.ММ.ГГГГ квартира передана на торги /л.д.166-175 т.1/.

ДД.ММ.ГГГГ на основании постановления судебного пристава–исполнителя снижена стоимость имущества переданного на торги на 15 %, то есть до 8 180 400 руб. в связи с тем, что квартира не была реализована в месячный срок /л.д.163 т.1/.

Из представленного в материалы дела истцом объявления ООО «Бизнес-Стиль» о проведении торгов, торги в отношении спорной квартиры по сниженной цене в размере 8 180 400 руб. должны были состояться ДД.ММ.ГГГГ, срок внесения задатка был ограничен ДД.ММ.ГГГГ /л.д.109-110,130-131 т.1/.

Сведений о результатах торгов спорной квартиры, назначенных на ДД.ММ.ГГГГ, материалы исполнительного производства №-ИП в отношении истца Семёнова М.А. не содержат.

ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком был заключен оспариваемый истцом в данном деле договор купли-продажи квартиры по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, которая оценена сторонами на момент продажи в 18 000 000 руб. По условиям данного договора, сумма в размере 7 762 560, 58 руб. уплачивается покупателем Малафеевым В.А. Щемелеву В.В. с целью погашения обязательств продавца Семёнова М.А. по договору ипотеки № от ДД.ММ.ГГГГ и договору купли-продажи закладной №-ДКПЗ от ДД.ММ.ГГГГ; сумма в размере 10 237 439,42 руб. получена продавцом от покупателя в момент подписания договора; полный и окончательный расчет оформляется распиской продавца, подтверждающей получением им денежных средств за квартиру /л.д.30-31 т.1/.

В подтверждение исполнения обязательств по оплате в материалы дела истцом представлена собственноручно им составленная ДД.ММ.ГГГГ расписка о получении от ответчика денежных средств в размере 10 237 439,42 руб. по вышеуказанному договору, а также чек-ордер от ДД.ММ.ГГГГ о перечислении ответчиком ИП Щемелеву В.В. денежных средств в сумме 7 762 560,58 руб., /л.д.32-33 т.1/.

ДД.ММ.ГГГГ истец лично, а со стороны ответчика его представитель по доверенности Зайцев С.В. подали заявления с просьбой осуществить государственную регистрацию перехода права собственности на спорную квартиру в Управление Росреестра по Санкт-Петербургу, однако ДД.ММ.ГГГГ указанные лица были уведомлены о приостановлении государственной регистрации права в связи с запретом на осуществление таких действий на основании постановления судебного пристава-исполнителя от ДД.ММ.ГГГГ, а затем ДД.ММ.ГГГГ уведомлены о неустранении недостатков в связи с действующим запретом на основании постановления судебного пристава-исполнителя от ДД.ММ.ГГГГ /л.д.98-106 т.2/.

Согласно материалам исполнительного производства №-ИП, предоставленного по запросу суда, постановлением судебного пристава-исполнителя от ДД.ММ.ГГГГ был снят арест с имущества в виде спорной квартиры в связи с полным погашением задолженности, в подтверждение чего был предоставлен чек-ордер от ДД.ММ.ГГГГ о перечислении ответчиком Малафеевым В.А. третьему лицу и взыскателю ИП Щемелеву В.В. денежных средств в сумме 7 762 560,58 руб., в связи с чем с квартиры были сняты все ограничения, в том числе наложенные постановлением от ДД.ММ.ГГГГ /л.д.158-162 т.1/.

Из отзыва Управления Росреестра по Санкт-Петербургу следует, что зарегистрированное ДД.ММ.ГГГГ обременение в виде ипотеки на спорную квартиру погашено ДД.ММ.ГГГГ на основании заявления залогодержателя /л.д.149 т.1/.

ДД.ММ.ГГГГ право собственности на спорную квартиру на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировано за ответчиком /л.д.47-49 т.1/.

ДД.ММ.ГГГГ исполнительное производство №-ИП в отношении истца Семёнова М.А. было окончено /л.д.157 т.1/.

ДД.ММ.ГГГГ на основании решения Московского районного суда Санкт-Петербурга по делу № исковые требования Малафеев.В.А. к Семёнову М.А. удовлетворены, истец признан утратившим право пользования спорной квартирой с последующим выселением из неё.

В удовлетворении встречного иска о взыскании с Малафеев.В.А. денежных средств по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ в размере 10 237 493 руб., а также процентов за пользование ими в размере 2 771 526,76 руб., о признании расписки о получении денежных средств недействительной с признанием права пользования квартирой за Семёновым М.А. до момента исполнения обязательств покупателем в полном объёме, Семёнову М.А. было отказано. Данное решение суда на момент рассмотрения настоящего дела в законную силу не вступило в связи с подачей Семёновым М.А. апелляционной жалобы /л.д.70-73,77-83,85-90 т.1; л.д.14-21 т.2/.

ДД.ММ.ГГГГ истец направил в адрес ответчика уведомление о расторжении договора купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ в связи с существенным нарушением его условий и ДД.ММ.ГГГГ обратился с настоящим иском в суд /л.д.6,38 т.1/.

В ходе разбирательства по делу в обоснование своих требований истец ссылался на приложенный к исковому заявлению отчет специалиста –полиграфолога Подскальнюка В.А. по результатам опроса /психофизиологического исследования/ с использованием полиграфа от ДД.ММ.ГГГГ, проведенного ДД.ММ.ГГГГ, в результате которого установлено, что истец не получал от ответчика денежные средства в размере 10 237 439 руб. по расписке от ДД.ММ.ГГГГ, в указанную дату расписку не составлял, договор купли-продажи не подписывал, намерения продавать свою квартиру не имел, подписал договор купли-продажи по просьбе ответчика под гарантию возврата денежных средств, уплаченных им ИП Щемелеву В.В., в связи с чем между истцом и ответчиком была достигнута устная договоренность, в соответствии с которой ответчик обязался «не выписывать» истца из квартиры /л.д.26-29 т.1/.

Оценивая данное заключение специалиста в соответствии с положениями ст.67 ГПК РФ, суд исходит из того, что оно составлено исключительно по заказу самого истца, непредупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения специалистом, и не после совершения оспариваемой сделки осенью 2021 года, а весной 2024 года, то есть после обращения ответчика с иском в суд о выселении из спорной квартиры истца, то есть по прошествии значительного временного периода, после которого, реакция истца на поставленные специалистом вопросы по событиям трёхлетней давности очевидно неактуальна.

Более того, ни сразу после совершения сделки, ни до момента обращения ответчика с иском о выселении из квартиры в суд, истец в правоохранительные органы по факту понуждения его к составлению оспариваемых им в настоящее время документов, из которых возникли права и обязанности сторон сделки, не обращался, в установленном гражданским законодательством порядке совершённые сделки до инициирования судебного разбирательства именно ответчиком Малафеевым В.А., сам Семёнов М.А. не оспаривал.

Обстоятельства заключения оспариваемого договора, исполнения обязанности по оплате стоимости квартиры ответчиком уже являлись предметом рассмотрения в деле №, в рамках которого истцом реализовано право на предъявление иска о взыскании с ответчика доплаты по договору купли-продажи, из чего следует, что истец факт заключения договора не оспаривал.

Приложенная к исковому заявлению видеозапись фиксации подписания оспариваемого договора, представленная, как указывает сам истец, ответчиком в ходе рассмотрения вышеуказанного дела №, также уже являлась предметом оценки суда в рамках данного дела и в повторном исследовании с учетом заявленных в иске оснований для признания сделки недействительной не нуждается.

При рассмотрении иска Малафеев.В.А. о выселении из квартиры Семёнова М.А. именно на основании оспариваемого договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ данный иск был удовлетворён, возражения Семёнова М.А. относительно неисполнения данного договора судом отклонены, кроме того, оценив договор в соответствии с положениями ст.485 ГК РФ, суд признал установленным факт оплаты покупателем продавцу денежных средств в размере 10 237 439,42 руб. в счет оплаты цены квартиры /л.д.19 т.2/.

С учётом данного обстоятельства отсутствие ответчика в Санкт-Петербурге в дату, указанную в оспариваемом договоре, что подтверждено ответом Пограничного Управления по Санкт-Петербургу и <адрес>, полученным по запросу суда на основании ходатайства истца /л.д.30 т.2/, правого значения не имеет, как и подписание истцом иного документа, в вышеуказанной видеозаписи.

Воспользовавшись разъясненным судом в предварительном судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ правом на заявление ходатайства о назначении по делу судебной почерковедческой и технической экспертизы представители истца – Агафонова В.С. и Потеха Т.С., составив соответствующее ходатайство, после его обсуждения в судебном заседании, в последующем от его заявления отказались, отозвав соответствующее ходатайство /л.д.90 т.1/, явку истца для отбора экспериментальных образцов почерка Семенова М.А. на протяжении всего судебного разбирательства не обеспечили, в подтверждение процессуального намерения на проведение судебной экспертизы, несмотря на разъяснения суда, денежные средства в счёт её оплаты на депозит суда, ни истец, ни его представители не внесли.

Представитель истца адвокат Швырёва Н.В., вступив для участия в дело с ДД.ММ.ГГГГ /л.д.91 т.1/, также отказалась от процессуального права заявить ходатайство о назначении по делу какого-либо рода судебной экспертизы, выразив намерение вести переговоры с ответчиком с целью достижения мирового соглашения, для чего неоднократно просила суд предоставить процессуальное время.

Ответчик, а также его представитель правом заявить ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы также не воспользовались.

Вместе с тем, в последнем судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, по истечении года судебного разбирательства с даты предъявления иска в суд – ДД.ММ.ГГГГ, представителем истца адвокатом Швырёвой Н.В. было заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела заключения специалиста, составленного в результате исследования копии договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам, которого подпись в экземпляре договора, переданном в Управление Росреестра Санкт-Петербурга, истцу не принадлежит, а также заключения специалиста, исследовавшего приложенную к первоначальной редакции иска видеозапись, фиксировавшую момент совершения оспариваемой сделки, в результате исследования которой специалистом по заказу истца был сделан вывод о том, что истцом был подписан иной документ, с другой датой, а не оспариваемый в настоящем деле договор купли-продажи.

Поскольку в данном споре истец оспаривает сделку не мотиву принадлежности ему подписи в договоре, а по иным основаниям, и факт заключения договора и составления расписки нашел своё подтверждение при рассмотрении дела №, а заявленное в предварительном судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ ходатайство о назначении судебной экспертизы было отозвано, в удовлетворении ходатайства о приобщении указанных заключений специалистов, а также в последующем устном ходатайстве о назначении по делу судебной экспертизы представителю истца было отказано также и по следующим основаниям.

В силу ч. 1 ст. 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации /далее – ГПК РФ/ лица участвующие в деле вправе не только заявлять ходатайства, но и обязаны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами, а частью 3 статьи 56 ГПК РФ предусмотрено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, в пределах срока, установленного судом, если иное не установлено данным кодексом.

Таким образом, требование о добросовестности, как в материальных, так и в процессуальных правоотношениях не допускает противоречивого поведения стороны, произвольного отказа от заявлений, утверждений и иного проявления воли, выраженного в поведении, на которые другая сторона, третьи лица, а также суд вправе были полагаться.

Суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела (ст. 59 ГПК РФ), такие доказательства являются относимыми.

Данная норма права содержит предписание для суда, она адресована и сторонам, третьим лицам, которые должны представлять в обоснование своих требований и возражений только относимые к делу доказательства. В случае представления не относимых к делу доказательств суд отказывает в их принятии.

Относимость доказательств также определяет полноту и достаточность доказательственного материала, позволяя исключить из процесса доказывания доказательства, не являющиеся необходимыми для правильного рассмотрения дела.

Как следует из ст.60 ГПК РФ, определяющей допустимость доказательств, обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В ст. 67 ГПК РФ приведены общие критерии, на которые должен ориентироваться суд при оценке доказательств.

Согласно ч. 1 данной статьи суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ч. 3).

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (ч. 4).

Частью 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда (часть 2 статьи 55 ГПК РФ).

По смыслу указанной нормы процессуального права под нарушением закона понимается получение сведений о фактах из не предусмотренных законом средств доказывания, несоблюдение процессуального порядка получения сведений о фактах в судебном заседании или привлечение в процесс доказательств, добытых незаконным путем.

Частью 1 статьи 188 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определено, что в необходимых случаях при осмотре письменных или вещественных доказательств, воспроизведении аудио- или видеозаписи, назначении экспертизы, допросе свидетелей, принятии мер по обеспечению доказательств суд может привлекать специалистов для получения консультаций, пояснений и оказания непосредственной технической помощи (фотографирования, составления планов и схем, отбора образцов для экспертизы, оценки имущества).

Специалист дает суду консультацию в устной или письменной форме, исходя из профессиональных знаний, без проведения специальных исследований, назначаемых на основании определения суда (часть 3 статьи 188 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2008 г. N 13 "О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции" разъяснено, что в случаях, указанных в части 1 статьи 188 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд вправе привлекать специалистов для получения консультаций, пояснений и оказания непосредственной технической помощи (фотографирования, составления планов и схем, отбора образцов для экспертизы, оценки имущества).

Задача специалиста в судебном заседании состоит в оказании содействия суду и лицам, участвующим в деле, в исследовании доказательств. Если из консультации специалиста следует, что имеются обстоятельства, требующие дополнительного исследования или оценки, суд может предложить сторонам представить дополнительные доказательства либо ходатайствовать о назначении экспертизы.

Из приведенных положений процессуального закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что доказательства не могут быть получены из консультации специалиста, который лишь оказывает содействие суду в исследовании отдельных доказательств. При этом консультация специалиста не может подменять собой доказательства, в том числе заключение эксперта, добытое в порядке положений ст.ст.79-86 ГПК РФ.

Пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 ГПК РФ).

Согласно ст.12 ГК РФ нарушенное гражданское право (законный интерес) подлежит защите способом, указанным в законе.

В силу ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям и может выйти за пределы этих требований только в случаях, предусмотренных федеральным законом.

При таком положении, в силу вышеприведенных положений закона и разъяснений к нему, принимая во внимание отказ стороны истца от права на заявление ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы, существо спора по требованиям истца о признании сделки мнимой, ничтожной и недействительной, при котором проведение технического, в том числе почерковедческого исследования, а также исследование видеозаписи момента подписания договора не требуется, учитывая, что правовая оценка договору купли-продажи на предмет оплаты стоимости товара уже дана судом при принятии решения по делу № и данные доводы истца отклонены, факт подписания договора и составления рукописной расписки о получении денежных средств истец не оспаривал, ссылаясь на иные обстоятельства совершения сделки, представленные адвокатом Швырёвой Н.В. заключения специалистов, которые в порядке вышеприведенной ст.188 ГПК РФ судом не привлекались, добыты уже после предъявления иска в суд и после истечения процессуального срока раскрытия сторонами спора доказательств, когда судом дело было признано готовым для рассмотрения по существу и правового значения для разрешения возникшего спора не имеют и подлежат отклонению.

Заявление же ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы, не имеющей отношения к правовому спору по тем, основаниям недействительности сделки, о которых заявлено истцом, при вышеуказанных обстоятельствах и после отказа от такого права расценивается судом как злоупотребление процессуальным правом профессиональным участником судебного разбирательства.

Разрешая спор по существу при установленных в ходе разбирательства по делу обстоятельствах, суд исходит из следующего.

Согласно п. п. 1, 2 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу п. п. 1, 2 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В предмет доказывания по данной категории дел входят: 1) сам факт совершения сделки в установленной законом форме; 2) наличие обстоятельств, образующих основание для признания сделки недействительной, то есть обстоятельств, свидетельствующих о незаконности содержания сделки (ст. ст. 168 - 170 ГК РФ); 3) исполнение сделки сторонами, в том числе получение хотя бы одной из сторон того или иного материального или нематериального, но подлежащего оценке удовлетворения.

В силу ст. 170 Гражданского кодекса РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1).

Таким образом, согласно действующему законодательству при совершении мнимой сделки обе стороны стремятся к сокрытию ее действительного смысла.

Согласно разъяснениям, данным в п. 86 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при разрешении спора о мнимости сделки следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

Согласно пункту 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ", если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки недействительной на основании ст. 10 и 168 ГК РФ, а также для признания сделки мнимой на основании ст. 170 этого же кодекса необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.

Для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и законных интересов иных лиц; наличие у стороны по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Судом установлено, что истец, согласно исковому заявлению и правовой позиции, изложенной суду, при заключении оспариваемого договора купли-продажи полагал сделку действительной, надеялся на её исполнение, совершал действия, направленные на достижение указанного в договоре купли-продажи правового результата с целью избежания обращения взыскания на спорную квартиру, находящуюся в залоге у третьего лица по данному делу ИП Щемелева В.В., в пользу которого было принято вступившее в законную силу решение суда о взыскании с истца задолженности по договору займа с обращением взыскания на данную квартиру.

Согласно части 1 статьи 6 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 г. N 1-ФКЗ "О судебной системе Российской Федерации" (далее - Закон о судебной системе) вступившие в законную силу постановления федеральных судов, мировых судей являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Аналогичные предписания относительно обязательности вступивших в законную силу судебных постановлений содержатся в статье 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Неисполнение судебного постановления, а равно иное проявление неуважения к суду влечет за собой ответственность, предусмотренную федеральным законом (часть 3 упомянутой статьи).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, конституционные цели правосудия не могут быть достигнуты, а сама судебная защита не может признаваться действенной, если судебный акт своевременно не исполняется, что лишает граждан, правомерность требований которых установлена в надлежащей судебной процедуре и формализована в судебном решении, эффективного и полного восстановления в правах посредством правосудия.

Исполнение судебного акта по смыслу статьи 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации следует рассматривать как элемент судебной защиты, что обязывает законодателя при выборе в пределах своей дискреции того или иного механизма исполнительного производства непротиворечиво регулировать отношения в этой сфере, создавать для них стабильную правовую основу и не ставить под сомнение конституционный принцип исполнимости судебного акта (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 15 января 2002 г. N 1-П, от 14 мая 2003 г. N 8-П, от 4 июля 2005 г. N 8-П, от 12 июля 2007 г. N 10-П, от 26 февраля 2010 г. N 4-П, от 23 июля 2018 г. N 35-П и др.).

Условия и порядок принудительного исполнения судебных актов определяет Федеральный закон от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" (далее также - Закон об исполнительном производстве), который возлагает обязанность по такому исполнению на органы принудительного исполнения - Федеральную службу судебных приставов и ее территориальные органы (статья 5),

Однако истец, имея намерение, уклониться от исполнения, вступившего в законную силу судебного акта, как следует из искового заявления и не оспаривалось сторонами по делу, обратился к ответчику с заведомо противоправной целью, направленной на последующее оспаривание публичных торгов по продаже принадлежащей ему квартиры, проводимых в соответствии с Законом об исполнительном производстве.

При этом именно истец, заведомо осведомленный об имеющихся в отношении спорной квартиры ограничениях в пользу третьего лица – взыскателя по исполнительному производству и владельца закладной на квартиру, в обход получения его согласия, совершил сделку по отчуждению спорной квартиры в пользу ответчика, собственноручно подписав договор и составив расписку в подтверждение получения от ответчика денежных средств в счёт оплаты стоимости проданной ему квартиры.

В последующем именно истец совершил ряд последовательных действий по снятию обременений, влекущих государственную регистрацию перехода права собственности на квартиру в пользу ответчика.

Из объяснений третьего лица ИП Щемелева В.В., данных в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, установлено, что спорная квартира в результате несостоявшихся публичных торгов в рамках исполнительного производства подлежала передаче в его собственность в счет погашения взысканной с истца задолженности по договору займа, что соответствует п.3 ст.92 Закона об исполнительном производстве, согласно которому в случае объявления вторичных торгов несостоявшимися, судебный пристав-исполнитель направляет взыскателю предложение оставить имущество за собой в порядке, установленном статьей 87 названного Закона.

Однако третьему лицу был представлен оспариваемый договор купли-продажи, датированный днём ранее проведения вторичных торгов, в связи с чем сведения о результате таких торгов в материалах исполнительного производства, предоставленного по запросу суда, отсутствуют.

Поскольку, как следует из объяснений ИП Щемелева В.В., данных суду, его убедили в отсутствии правовой перспективы оспаривания данного договора купли-продажи, ИП Щемелев В.В. принял от ответчика денежный перевод в размере соответствующем задолженности истца по договору займа.

Объяснения сторон и третьих лиц имеют доказательственную силу, что следует из абзаца второго части 1 статьи 55, а также части 2 статьи 68 ГПК РФ.

Поскольку истец и ответчик уклонились от дачи объяснений суду в судебном заседании, воспользовавшись правом ведения дела через представителей, чьи объяснения доказательствами по делу не являются, в силу ч.1 ст.68 ГПК РФ суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны, в частности третьего лица.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства установлено и не опровергнуто сторонами спора, что оспариваемая сделка, была совершена с целью уклонения от исполнения, вступившего в законную силу судебного акта и причинения вреда третьему лицу, являвшемуся взыскателем по исполнительному производству и залогодержателем спорной квартиры, то есть в обход закона.

Юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение исполнять соответствующую сделку.

Таким образом, для признания сделки мнимой истцу необходимо доказать, что на момент совершения сделки воля каждой из ее сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые характерны для такого вида сделки. При этом, обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения, реализовывать свои права, основанные на такой сделке. Такая сделка совершается лишь для того, чтобы создать ложное представление об ее заключении у третьих лиц, тогда как в действительности стороны не намерены ничего изменять в своем правовом положении.

Согласно ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

При этом в соответствии с пунктом 1 статьи 550 ГК РФ договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 551 ГК РФ предусмотрено, что переход к покупателю права собственности на недвижимое имущество по договору продажи недвижимости подлежит государственной регистрации.

Передача недвижимости продавцом и принятие ее покупателем осуществляются по подписываемому сторонами передаточному акту или иному документу о передаче (пункт 1 статьи 556 ГК РФ).

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзаце 3 пункта 60 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 и Пленума ВАС Российской Федерации от 29.04.2010 N 22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", после передачи владения недвижимым имуществом покупателю, но до государственной регистрации права собственности покупатель является законным владельцем этого имущества и имеет право на защиту своего владения на основании статьи 305 ГК РФФ. В то же время покупатель не вправе распоряжаться полученным им во владение имуществом, поскольку право собственности на это имущество до момента государственной регистрации сохраняется за продавцом.

При рассмотрении дела установлено, что действия самого истца способствовали исполнению сделки, совершенной с ответчиком, поскольку в случае совершения её лишь для того, чтобы создать ложное представление о ее заключении у ИП Щемелева В.В., то после совершения в его пользу денежного перевода ДД.ММ.ГГГГ ответчиком в счет погашения задолженности истца, отсутствовала необходимость в государственной регистрации перехода права собственности на квартиру по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ в пользу ответчика, которая была произведена только ДД.ММ.ГГГГ после снятия всех обременений с квартиры и погашения задолженности истца перед третьим лицом.

Отсутствие акта приема-передачи квартиры, не подтверждает факт неисполнения сделки сторонами, исполнение которой подтверждено иными, вышеприведенными действиями сторон договора. Кроме того, в соответствии с п.1.3 договора, именно продавец был обязан передать спорную квартиру покупателю по акту приёма-передачи в течение двух недель с момента государственной регистрации права собственности /л.д.30 т.1/, что истцом исполнено не было и явилось причиной для обращения ответчика с иском о признании истца, утратившим право пользования жилым помещением с последующим выселением из квартиры.

К утверждению представителя истца об отсутствии у Семёнова М.А. намерения продавать единственное жилье суд относится критически, поскольку, начиная с 2016 года, когда истец в порядке наследования стал единственным собственником спорной квартиры, он неоднократно передавал её в качестве залога в обеспечение исполнения обязательств по вышеприведенным договорам займа, право требования по одному из которых и приобрёл ИП Щемелев В.В., выкупив закладную на квартиру.

Кроме того, согласно выписке из Единого государственного реестра прав недвижимости, ДД.ММ.ГГГГ за истцом было зарегистрировано право собственности на другое жилое помещение, возникшее на основании решения Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга по делу № от ДД.ММ.ГГГГ, которое уже ДД.ММ.ГГГГ было прекращено.

Данные обстоятельства дают основания полагать, что истец склонен к совершению сделок, связанных с отчуждением принадлежащего ему недвижимого имущества.

Принимая во внимание заявление ответчика о пропуске истцом трёхлетнего срока исковой давности для оспаривания сделки, установленного п. 1 ст. 181 ГК РФ, течение которого начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, суд исходит из даты государственной регистрации перехода права собственности на квартиру к ответчику ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем с учётом предъявления иска в суд ДД.ММ.ГГГГ, оснований для применения последствий пропуска срока для оспаривания договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, суд не усматривает.

Пунктом 2 статьи 166 ГК РФ, пунктом 72 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25, установлено, что сторона сделки, из поведения которой явствует воля сохранить силу оспоримой сделки, не вправе оспаривать эту сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать, когда проявляла волю на сохранение сделки.

Пунктом 5 статьи 166 ГК РФ определено, что заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В силу п. 3 ст. 432 ГК РФ сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (п. 3 ст. 1).

В приведенных положениях закона содержится принцип эстоппель, вытекающий из общих начал гражданского законодательства и является частным случаем проявления принципа добросовестности, установленного пунктами 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса РФ.

В общем виде эстоппель (estoppel) можно определить как правовой механизм, направленный на обеспечение последовательного поведения участников правоотношений.

Главная задача принципа эстоппель заключается в том, чтобы воспрепятствовать стороне получить преимущества и выгоду, как следствие своей непоследовательности в поведении в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной.

Учитывая вышеизложенное, принимая во внимание последовательные действия истца, приискавшего для совершения сделки по отчуждению квартиры, переданной в залог третьему лицу, ответчика, который исполнил обязательство по оплате стоимости квартиры, что подтверждается денежным переводом в пользу третьего лица и тем самым погашением задолженности за истца, а также собственноручным составлением расписки о получении денежных средств, с последующей государственной регистрацией перехода права собственности на квартиру ответчику, у которого при таком поведении истца в отсутствие исполнения им же устных договоренностей, на которые он ссылается в иске, за период с даты заключения договора купли-продажи ДД.ММ.ГГГГ до перехода права собственности на квартиру ДД.ММ.ГГГГ, могло возникнуть разумное ожидание действительного сохранения сделки после принятия её исполнения в части оплаты цены договора, чем сам истец подтвердил действие договора, в связи с чем теперь не вправе ссылаться на незаключенность или недействительность этого договора, а потому на основании ч.2 ст.10 ГК РФ с учетом характера последствий такого недобросовестно поведения истца, суд приходит к выводу об отказе в защите принадлежащего ему права полностью.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 56, 67, 98, 194 – 198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Семёнова М.А. к Малафееву В.А. о признании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ недействительным –– отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Санкт-Петербургский городской суд через Московский районный суд Санкт-Петербурга в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение суда в окончательной форме изготовлено 24.11.2025

Судья